April 20th, 2013

Дрозд

Памяти русского поэта Владимира Григорьевича Бенедиктова

27 апреля 2013 года в рамках проекта «Встречи у Белого грота» центр «Белое Дело» проводит очередное 4-е мероприятие на Смоленском православном кладбище, посвященное творчеству русского поэта Владимира Григорьевича Бенедиктова (1807—1873).
На мероприятии выступит сотрудник Пушкинского дома к.ф.н. Павлова Маргарита Михайловна.
Руководитель проекта – краевед Савицкий Вячеслав Юрьевич.
Сбор в 12 ч. 30 мин. возле здания администрации Смоленского православного кладбища.
Приглашаются все желающие.

Дрозд

К. М. Александров: Ответ на критику цикла «Генералы и присяга»

На статью «ГЕНЕРАЛЫ и ПРИСЯГА» (Часть XIII. Необходимые дополнения и исправления) был опубликован комментарий следующего содержания:

Краткая критика цикла "Генералы и присяга" изложена здесь:

http://www.liveinternet.ru/users/blaze2012/blog#post268544798

Она вполне распространяется на предложенные дополнения с вполне естественными отрицаниями главными заговорщиками вовлечения в заговор Алексеева, которые нужно сопоставлять с противоположенными свидетельствами Милюкова, Керенского и мн. др. о переговорах с Алексеевым Вырубова и Львова.

Отлично показано умопомешательство генералов в отношении Царицы и Г.Е. Распутина, пользуясь которым, заговорщики свели их "монархизм" на нет.

Недаром, уволенный Временным правительством Алексеев будет конспирологически звать Г.Е. Львова с А.Ф. Керенским не иначе как тёмной силой, воспользовавшейся им и выбросившей вон.


Неубедительно даже при первом чтении. Всё это напоминает эффект "шумовой гранаты", рассчитанной на то, чтобы ошеломить читателя, но не сообщить ему ничего нового. И не более того.
Вся критика построена на повторении давно опубликованных источников, версий, слухов - и даже художественных произведений.
Автор цикла сообщает новые материалы из коллекции Н. А. Базили, чьё имя критик даже не упоминает. Между тем Базили находился постоянно при Алексееве в 20-е числа февраля и первые числа марта 1917 года. Он незаинтересованный свидетель.
А что принципиально нового сообщает мой критик?..
По существу, ничего.
Критик привел сведения о том, что против Алексеева "правыми" выдвигались маргинальные обвинения в годы гражданской войны.
Известно - и что?.. В годы гражданской войны это были именно маргинальные политические обвинения, ещё не претендовавшие на историческую концептуальность. И, кроме того, они не приобрели популярности среди вождей Белого движения. Кто им внял? - Колчак? Юденич? Деникин? Врангель? Кутепов?.. Врангель прислал вдове ген. Алексеева по случаю его кончины частную и самую трогательную телеграмму - никто его к тому не вынуждал. Я же имел ввиду другое. Версия "главной вины заговорщика Алексеева" стала приобретать черты псевдоисторической концепции не на родине, как полагает мой наивный оппонент, а именно в эмиграции, благодаря сочинениям И. П. Якобия, И. К. Кириенко, В. С. Кобылина и др. Об этом шла речь. А не о том, кто первый стал обвинять Алексеева. Если критик не видит существенной разницы между политическими обвинениями современников и ложной исторической концепцией - это проблема критика, а не автора цикла.
Утверждение о том, что генералы П. Н. Краснов и М. К. Дитерихс "возглавляли Белое движение в годы гражданской войны" по-меньшей мере странно и предполагает слабое знание критиком истории гражданской войны.
П. Н. Краснов на Юге был менее года Атаманом Всевеликого Войска Донского, а М. К. Дитерихс возглавил Белое Приморье уже после того, как закончилась Галлиполийская эпопея.
ВМС. Участие будущего идейного нациста Н. Е. Маркова в рядах Белого движения несравнимо с участием, например, В. В. Шульгина. И какую пользу принес Марков Белому движению?..
Обвиняли ли ген. Краснов и Дитерихс в период гражданской войны Алексеева персонально?..
Критик утверждает, что Краснов считал Алексеева "среди главнейших предателей"...
Немедленное возражение: а Деникин и Врангель - не считали. И что дальше?..
Словосочетание "высшие круги" можно понимать сколь угодно широко - Рузский, например, это тоже "высшие круги".
Ссылка на художественное произведение П. Н. Краснова ("От Двуглавого орла к Красному знамени") - может ли восприниматься всерьёз?
Разумеется, при подготовке публикации настоящий отзыв послужит образцом для критического разбора, хотя это и нарушает мои правила отвечать анонимным авторам.
Сходу сообщаю для анонимного критика:
1. Старцев - не Виктор.
2. Назвать болезнь с температурой 40 "нервно-дипломатической" можно только не представляя себе обстоятельств и тяжести болезни Алексеева, страдавшего заболеванием почек много лет. И если это сочинил Виталий Старцев - не стоит в данном случае его сочинения цитировать.
3. Алексеев вернулся в Ставку не ПОСЛЕ, а ВО ВРЕМЯ болезни - в связи с неотложной работой по подготовке наступательных операций весной 1917 года, так как работу ген. Гурко в качестве своего заместителя Алексеев оценивал критически.
4. Автор цикла ссылается не только и не столько на интервью А. И. Гучкова, сколько на разные материалы Н. А. Базили, о существовании которого мой критик, вероятно, и не подозревает.
5. Белогвардейцы (Месснер, Пронин, Тихобразов и др.) отвергали версию об "измене Алексеева" в первую очередь не из уважения к основателю Белого движения, а из любви к правде и из неприязни к "монархическому террору", царившему в эмиграции. То есть - к агрессивно-крикливым сентенциями, авторы которых монополизировали право на исторические оценки Февраля и популяризацию дешёвых конспирологических теорий в качестве простого объяснения сложных причин и характера национальной катастрофы. Когда будут опубликованы мемуары Е. Э. Месснера целиком, иные откровения и рассуждения мемуариста "ура-монархистам" будут хуже горькой редьки. Потому что написано искренне.
6. Нет никаких препятствий для того, чтобы ознакомиться с собранными Николаевским у "масонов" интервью и убедиться, что никаких сенсаций в них нет.
7. П. В. Мультатули достаточно показал свой "профессионализм", как учёный, описывая историю генерала Власова. Большую степень фантазии, глупости и некомпетентности представить себе трудно (критический разбор его "сочинений" см. в моей работе "Мифы о генерале Власове"). Поэтому у меня нет никаких оснований в принципе считать Мультатули историком и всерьёз принимать какие-либо его сочинения, в том числе, касающиеся событий 1917 года. И упаси Бог - ставить Мультатули в один ряд с такими учёными как Катков или Мельгунов.
8. Автор цикла не отрицает "заговора Гучкова" - отрицает вовлечение в "заговор" Алексеева и Ставки. Более того, полагаю, что наличие "заговора" в зачаточном состоянии не оказало никакого влияния на события в Петрограде в февральские дни 1917 года. Февраль - результат не заговора, а тяжелого, глубокого кризиса всей системы управления и власти, вызванного самыми разными объективными и субъективными факторами, в том числе среди последних, увы, и личными качествами венценосца как правителя.
9. Старцев критиковал "дневник Лемке" ещё на лекциях. С моей точки зрения - неаутентичный источник, что, как показалось, осторожно допускает и критик.
10. Согласие, по устному свидетельству, Алексеева в октябре 1916 года на устранение вмешательства Императрицы в дела военного и государственного управления и удаление Распутина - никак не может считаться доказательством "заговорщических" действий Ставки и Алексеева 2-го марта 1917 года по "организации отречения" Императора (тем более после убийства Распутина).
11. По поводу писем Гучкова - Алексееву.
Это критику нужно доказать, что автор цикла ошибается. Автор цикла утверждает: нет никаких оснований полагать, что между Гучковым и Алексеевым осенью 1916 года существовала конспиративная связь и личная переписка. Если они есть - предъявите. Ведь критик не приводит ни одного аргумента в пользу того факта, что Алексеев якобы писал Гучкову. Переписки - то есть обмена письмами - не было. По поводу этого сюжета постараюсь опубликовать новую информацию.
12. Цитата из дневника Тихомирова.
Дневник цитировался для того, чтобы показать читателям, какое разочарование в исторической русской власти переживал даже такой убежденный монархист как Л. А. Тихомиров. Как новая цитата, которую привел критик, дезавуирует разочарование и горечь Тихомирова? Никак, поэтому она и не приводилась.
В ответ ведь можно сказать, что Тихомиров положительно отозвался о слухах, связанных с назначением Алексеева помощником Верховного Главнокомандующего в Петрограде (запись от 22 февраля) - и критик сам "скрыл" эту запись. На самом деле она просто не имеет никакого отношения к критическим оценкам Тихомировым последнего царствования ("Вчерашняя власть была - невозможна и нестерпима").
13. Критик умолчал о главном тезисе автора цикла - о том, что позиция Ставки (и Алексеева) не была "заговорщической", а в период от 27 февраля к 2 марта 1917 года менялась под влиянием поступавших сведений: 1. Дельный министр ("К счастью, Алексеев спокоен, но полагает, что необходимо назначить очень энергичного человека, чтобы заставить министров работать для разрешения вопросов: продовольственного, железнодорожного, угольного и т. д. Это, конечно, совершенно справедливо"). Потом - 2. Министерство общественного доверия... 3. Ответственное министерство... И только 2-го марта: 4. Отречение. Не было никакой изначальной цели "организовать" отречение, а рассматривалась серия последовательных уступок в соответствии с развивавшейся ситуацией.
Пока достаточно.